Кольчатые нерпы в Финском заливе под угрозой вымирания

1. Декабрь 2016

Кюлли КРИЙС

Зооэколог Март Юсси, в течение 26 лет изучавший тюленей, верит, что при разумном подходе мы могли бы улучшить здоровье серых тюленей и замедлить исчезновение кольчатых нерп.

Слушая детеныша серого тюленя. (Фото из частного архива)

— Как сейчас дела у тюленей в Балтийском море?

— Согласно имеющимся у нас исследованиям, серые тюлени сейчас скорее в хорошем положении, но тревожные знаки все же имеются. Например, новорожденные детеныши физически теперь меньше, чем прежде, а тюлени, попадающие в сети рыбаков, значительно мельче своих собратьев, плавающих в открытом море. Общая потеря веса тюленями показывает, что у них в Балтийском море иссякает энергия. В этом случае мы должны быть готовы дать новую, более современную оценку состоянию окружающей среды Балтийского моря. Для этого как раз используют тюленей: положение дел этих животных отражает состояние их жизненной среды.

— Потеря в весе свидетельствует о недостатке пищи?

— Факторов всегда несколько и их очень сложно отделить один от другого. Вероятно, уменьшение веса может быть связано с тем, сколько тюленю приходится прилагать усилий, чтобы поймать рыбу, то есть во сколько ему обходится килограмм рыбы. Нельзя также исключать, что на вес может влиять, например, загрязнение моря: под воздействием химических соединений может изменяться обмен веществ тюленей, могут учащаться болезни. Таких отдельных факторов много, и наша цель — выделить наиболее серьезные и определить как основную проблему.

Каким образом тюленей изучают — посещаете лежбища, чтобы взять анализ крови?

— В принципе, мы должны это делать, но к этим животным довольно-таки сложно подобраться и, в отличие от материковых промысловых или домашних животных, от тюленей сложно получить такой материал. В первую очередь мы начинаем с косвенных знаков и затем смотрим, каким образом и как быстро меняется их численность, естественное ли это явление или нет, и по возможности стараемся получить материал о здоровье напрямую.

— Эстонские исследователи тюленей не занимаются этим сами по себе?

— На Балтийском море эта работа распределена между центрами компетенции. Шведский музей природы — самое компетентное учреждение, где отдельно изучается воздействие на окружающую среду. Это очень дорого и в Эстонии этим не занимаются, но по возможности мы передаем им материал. Темы, касающиеся здоровья тюленей, обсуждаются в нескольких лабораториях и институтах, но безусловным центром является Германия. Мы сотрудничаем со своими зарубежными коллегами.

Март Юсси говорит, что официально у нас нет ни одного погибшего в рыбацкой ловушке тюленя, но в начале лета на берегах Эстонии полно трупов тюленей, причиной появления которых с очень большой вероятностью являются рыболовные орудия. "Такое утаивание ведет к тому, что когда возникают серьезные проблемы, то нам очень сложно помочь рыбакам, поскольку в знаниях не хватает одного связующего звена".

Март Юсси говорит, что официально у нас нет ни одного погибшего в рыбацкой ловушке тюленя, но в начале лета на берегах Эстонии полно трупов тюленей, причиной появления которых с очень большой вероятностью являются рыболовные орудия. «Такое утаивание ведет к тому, что когда возникают серьезные проблемы, то нам очень сложно помочь рыбакам, поскольку в знаниях не хватает одного связующего звена».

В связи с местоположением Эстонии исторически сложилось так, что нашей темой стали факторы, связанные с климатическими изменениями. Причина тому — ситуация со льдами, которые особенно непостоянны здесь, на побережье Эстонии. С северной стороны они стабильнее: там лед зимой все же образуется, а с юга льда никогда не было. Приход и сход льда, которые оказывают влияние на размножение тюленей, являются темой Эстонии. У нас в каком-то смысле здесь природная лаборатория, где можно изучать животных без значительного вмешательства. Мы с этой темой привлечены к нескольким международным исследованиям, даже за пределами Балтийского моря — например, несколько лет я работаю на Каспийском море с аналогичными проблемами тамошних тюленей.

— Является ли маленькая Эстония серьезным партнером для крупных стран?

Путь к тюленям —
не напрямую,
а в обход
  • «Пределом мечтаний в молодости было для меня море. С крыши того дома в Таллинне, где я вырос, были видны порт, краны и трубы кораблей, и это влекло меня с непреодолимой силой. Каждый мой выбор касался моря: стать капитаном корабля или же кораблестроителем. Я ходил под парусом и мастерил модели кораблей.

    Служба в армии загнала меня в глубокий лес, где из синего виднелось только небо. Вокруг была нетронутая природа, и я ближе познакомился с этой сферой. В университете выбрал биологию, но уже на втором году понял, что должен все-таки вернуться к морю.

    Для меня стало настоящим сюрпризом, что в Эстонии никто не занимается тюленями. Это к тому же совпало со временем, когда море было для эстонских людей закрыто и в университете никто не предполагал, что такой работой можно заниматься систематически: возможности для перемещения по морю были ограничены.

    Затем произошли очень быстрые изменения — а что может быть для молодого исследователя более манящим, чем абсолютно белая страница?

    Понятно, что природа была вокруг нас, и отец (известный зоолог и исследователь природы Фред Юсси. — Ред.), как «очень безответственный человек», оставлял свои книги повсюду в комнате, так что с младых ногтей фотоальбомы и энциклопедии природы стали частью повседневной жизни.

    С братом (зоолог и исследователь тюленей Ивар Юсси. — Ред.) мы пошли абсолютно разными тропами. Мне нравится говорить, что встретились с ним возле лодки. Это большое счастье — работать в относительно непростых условиях с людьми, с которыми ты провел бок о бок все детство, кому можно доверять и не приходится долго объяснять, почему и что необходимо сделать». (Март Юсси)

— Многие наши морские исследователи приглашены в международные рабочие группы и большое число работ выполняется совместно. У нас, возможно, нет столько сильных лабораторных и технических мощностей, как у крупных университетов и исследовательских центров, но особенности нашего морского побережья и вклад наших работ в исследование Балтийского моря все же очевиден и мы являемся равноценными партнерами.

— Долгое время вы руководили деятельностью, связанной с изучением тюленей, в Эстонском фонде природы, а теперь возглавляете НКО «Pro Mare». Чем занимается это объединение?

— Эстонский фонд природы теперь стал частью моей истории. Один фонд не может заниматься проведением работ, предполагающих большую отдачу и устанавливающих высокие требования как к финансам, так и к оборудованию. Вооружившись опытом, мы с братом создали такое некоммерческое объединение, которое занимается преимущественно вопросами, связанными с тюленями. Но не только, ведь морская природа многообразна и работы ведутся в разных направлениях. Мы стараемся помогать в делах, которые требуют долгих морских рейсов, знаний о морской флоре и фауне и их передачи людям. Мы стараемся держать свои лодки и корабли в том порядке, который бы позволял проводить различные научные исследования в море. Я считаю, что этим мы можем быть полезны, не говоря о том, что сама работа крайне интересна.

— О кольчатых нерпах, по сравнению с серыми тюленями, говорят гораздо более озабоченно.

— На нерп теплые зимы влияют значительно сильнее, и они вообще намного чувствительнее как к человеческой деятельности, так и к условиям окружающей среды. По этой причине их дела здесь, в центральной части Балтийского моря, идут довольно неважно. В Вяйнамери и Рижском заливе численность кольчатых нерп последние несколько десятков лет сохранялась в районе тысячи.

В 1980 году все государства Балтийского моря взяли этот вид под охрану и надеялись на быстрое восстановление популяции. Несмотря на это, в Финском заливе их численность за двадцать лет ощутимо сократилась. Это знак, что в той части моря нерпа под угрозой вымирания. Пока она еще водится, мы стараемся немного плотнее ею заниматься. Хотя бы для того, чтобы понять, что это за животные, если нам не удастся их спасти.

— Значит, Финский залив без нерп — не такое далекое будущее?

— Можно сказать, что в Эстонии это время настало. Когда я начинал работу в конце 1980-х годов, на островах Ухтью или на льду Нарвского залива, например, можно было встретить кольчатых нерп. Сегодня они уже стали редкими случайными гостями, не имеющими постоянного ареала обитания в водах Эстонии. Последние оставшиеся населяют морские отмели в северной части мыса Кургали, где подходящая для них природная зона.

— В дальних морях нерпа еще остается?

— Даже в Балтийском море надежда еще сохраняется: в Ботническом заливе численность нерп медленно растет. Но если мы потеряем популяцию Финского залива и западного побережья Эстонии, то в случае такого теплого климата вряд ли они вернутся обратно, так что в каком-то смысле это изменение в мире необратимо.

Сокращение численности
кольчатых нерп
  • Численность кольчатых нерп в Финском заливе сократилась с 3000 особей в 1980 году до нескольких сотен в 2015-м. В течение этого периода вид находился под природоохраной во всех государствах региона.
  • Вид, некогда распространенный по всей территории залива, переместился в восточную часть залива, в водах Эстонии и Финляндии они встречаются редко и скорее случайно.
  • Из природных факторов влияние на деторождение оказывают теплые зимы и, вероятно, конкуренция с серыми тюленями в ареалах обитания; из антропогенных факторов — рыбаки-любители в зонах отдыха и размножения.
  • Высокое загрязнение Финского залива, очевидно, негативно влияет на здоровье этих хищников. Возможно, большая доля самок стерильны в результате отравления. (Источник: отчет проекта исследования кольчатых нерп в Финском заливе)

— И причина этих изменений — потепление климата?

— Потепление, возможно, даст последний толчок, который завершит процесс. Нерпа чувствительна к загрязнению окружающей среды; например, в семидесятых годах обнаружили, что самки нерпы не могут принести потомство, если столкнулись с опасными хлорорганическими соединениями, как, например, инсектициды DDT. Это дало толчок сокращению здешней популяции. Нерпы — животные с относительно долгим и медленным периодом размножения. Если самка нерпы в относительно раннем молодом возрасте остается стерильной, это значит, что в ее жизни останутся нерожденными два десятка детенышей, а в свою очередь — и их детеныши. В какой-то момент это может привести к, так сказать, старению населения, которое известно нам в мире людей.

Другая причина — чувствительность нерп к месту обитания. Понемногу мы начали занимать их места обитания, строить там порты, увеличивать интенсивность судоходства — и этим вынуждаем их отступать.

Влияние изменения климата, конечно, самое сильное: нерпа должна примерно за полмесяца вырастить своего детеныша в ледяной или снежной пещере, но не припоминаю, когда море в последний раз долго было подо льдом. Если детеныш попадает в море слишком рано или его съедают хищники, то это все равно как если бы он не родился.

— Серым тюленям бесплодие в результате загрязнения моря не угрожает?

— Серый тюлень — менее чувствительное животное, с точки зрения размножения это не так им угрожает. Но от воздействия ядовитых веществ он становится в целом больнее — язвы желудка и гипо- и гиперфункции желез внутренней секреции. Рождать потомство они могли всегда, но вот насколько здоровое — это другой вопрос.

Серый тюлень — достойное внимания животное в контексте Балтийского моря, так как отражает общий уровень загрязнения, которое у него проявляется в виде различных болезней. По этой причине в Швеции за ними пристально наблюдают: если какие-то болезни начинают учащаться, то немедленно начинают искать их причины. Изучение серых тюленей, возможно, помогает избежать попадания в человеческий организм некоторых опасных химикатов.

Метка крепится к меху тюленя.

Метка крепится к меху тюленя.

— Как известно, у тюленей обнаружили новые даже для них болезни.

— Да, например, птичий грипп и собачья чумка. Это относительно новая болезнь, но, возможно, раньше просто не удавалось более точно объяснить смертность тюленей. Теперь диагностические возможности стали лучше, но одновременно заметно участилось их массовое вымирание, и причиной называются болезни не самих тюленей, а материковых животных или птиц.

В Дании обыкновенные тюлени сильно пострадали в результате птичьего гриппа. Особенно настораживает то, что эта птичья болезнь смертельно опасна для млекопитающих: если она передается от птиц к животным, то для нас, как для представителей животного мира, это совсем не радостно.

Собачья чумка стала причиной крупного вымирания каспийских тюленей, причем тюлени и собаки вместе населяли побережье Каспия сотни лет, так что эти смерти — признак изменений в окружающей среде, которые сделали тюленей более восприимчивыми к недугам.

— Пару лет назад вы говорили о плане начать изучение морского загрязнения. Насколько в этом преуспели?

— Это очень быстро развивающаяся тема, которая незаслуженно долго находилась вне зоны внимания. Представление человека о том, что подводный мир — тихий, изменилось. Тот мир, где к природным звукам присоединились звуки цивилизации, на самом деле очень шумный. Уже установлено негативное воздействие звуков, производимых человеком, на окружающую среду. Когда люди с тихим голосом не смогут больше общаться на улице и какие-то важные слова у них останутся невысказанными, это может повлечь за собой относительно плохие последствия. В море никто не привык кричать — и подводный шумовой ландшафт явным образом мешает привычному обмену информацией, например, между китами. В случае кольчатых нерп мы также подозреваем наличие проблем, связанных с шумом, но, разумеется, мы не забегаем вперед и должны это проверять.

Насколько мне известно, ученые Таллиннского технического университета уже некоторое время участвуют в совместном проекте по изучению подводного звукового ландшафта Балтийского моря и составляют шумовую модель подводного мира. На ее расшифровку, разумеется, уйдет еще какое-то время.

— Одно дело — констатировать, что вы нашли или напали на след причин, почему тюлени в таком плачевном состоянии, но есть ли надежда на улучшение ситуации?

— Очень важно понимать, что если мы знаем (а о многих вещах мы сегодня только догадываемся), то можем принимать более точные решения. В погоне за точными знаниями мы этому способствуем. История Балтийского моря пестрит примерами, когда ряд решений приходится переоценивать и начинать убирать то, что не поддается уборке. В пример можно привести потопленный после войны в море арсенал химического оружия, который на сегодняшний день находится в таком состоянии, что никто не осмеливается его трогать. Или же использование химикатов с целью увеличения урожая, приведшее к ухудшению здоровья.

— Вы сказали, что драматическое сокращение численности кольчатых нерп означает то, что прежние меры защиты не были достаточно эффективны. Каким образом необходимо изменить программы охраны?

— Примерно двадцать лет назад серьезное внимание уделили созданию природоохранных зон как способу сбережения природы. Но, например, в случае тюленей следует начать с того, чтобы выяснить, в чем кроются опасности для тюленей и как их избежать. Охранные зоны создали для тюленей преимущественно вокруг тех камней, где тюлени были замечены. Изучив жизнь тюленей чуть лучше, мы поняли, что на камнях они проводят всего пять процентов всего времени. Следовательно, 95 процентов они находятся вне охранной зоны, и если в охранной зоне все в порядке, значит, вся опасность кроется в этих 95 процентах. Охранная зона не спасает их от загрязнений и влияния рыболовного промысла, которые имеют место за ее пределами. Получается, такими с виду правильными, но однократными решениями мы не достигнем желаемого результата.

В отношении тюленей должны быть предприняты защитные меры: определены влияющие на их жизнь факторы и предприняты попытки ими заняться.

Если мы хотим что-то изменить в следующие двадцать лет, то должны уже сегодня задуматься об этом, а не ждать, пока дело не примет скверный оборот. На изменение климата мы повлиять не можем, но можем сократить стрессовое воздействие на нерп и по крайней мере замедлить их исчезновение.



  • Издание страниц на тему окружающей среды поддерживает целевое учреждение «Центр инвестирования в окружающую среду» (Keskkonnainvesteeringute Keskus, KIK).

    Страницы в формате PDF можно скачать ЗДЕСЬ.

  • Публикации на данном интернет-сайте не являются полным и точным отражением содержания газеты "Северное побережье" на бумажном носителе.
    Все опубликованные на данном интернет-сайте статьи и иллюстрации являются произведениями, защищенными авторским правом.
    Цитирование статей разрешено при наличии активной ссылки на страницу-источник.
    Перепечатка той или иной статьи целиком, равно как и существенных фрагментов, а также иллюстраций, возможна только с особого разрешения АО "PR Põhjarannik".
    Электронный почтовый адрес для связи с редакцией: info@pohjarannik.ee
    В случае жалоб относительно содержания публикаций можно обращаться в Совет по делам прессы: pn@eall.ee, тел. 646 3363.

    Kuulume SmartAD reklaamivõrgustikku.