Айн Каллис: Эстония — климатически большое государство

1. Сентябрь 2016

Кюлли КРИЙС

Климатолог Айн Каллис погоду на завтра не предсказывает, однако знает, как колебался и менялся климат в Эстонии и что может ждать нас через полвека.

У Айна Каллиса за десятилетия скопился достойный музея метеоархив: для каждого года папка, в которой можно быстро отыскать все данные об интересующем дне.

У Айна Каллиса за десятилетия скопился достойный музея метеоархив: для каждого года папка, в которой можно быстро отыскать все данные об интересующем дне.

— Как часто этим сырым летом у вас спрашивали, когда же прекратятся дожди?

— Земледельцы довольно часто спрашивали у синоптиков, ведь им нужно убирать свои поля. Наши пшеничные поля в первой половине августа больше походили на рисовые — только верхушки колосков виднелись. Комбайны на поле застревали… Это напомнило мне старые времена: осень 1978 года выдалась такая дождливая, что когда нас отправили в колхозы на картошку, нам приходилось становиться на куски досок, чтобы в грязи не увязнуть. Сейчас машины, конечно, мощнее и людей уже не гонят на поля.

— Почему земледельцы спрашивают о погоде вас? Не верят метеопорталам?

— Когда Эстония снова стала независимой, ликвидированы были две важные вещи. Одна из них — агрометеорология, которая раньше в Эстонии была на очень хорошем уровне. Теперь у нас имеется один-единственный агрометеоролог — он работает в Йыгева в институте селекции сортов. В каждой стране с высокоразвитым сельским хозяйством — в Голландии, Бельгии, Дании — агрометеорология в почете.

Во-вторых, утрачена была морская метеорология. В 2005 году в Пярну случилось наводнение — тогда скорость ветра предсказали очень точно, но насколько поднимется уровень моря, не смог сказать никто.

— Не помните, шел ли дождь в день семи братьев? По народной примете это значит, что дожди будут лить семь недель подряд. В этот раз шли почти шесть недель.

— Насколько мне известно, дождь накрапывал. Я подводил статистику — это не совсем так: в иной год, наоборот, в день семи братьев было сухо, а потом несколько недель шли дожди. Вернее, шли редко — такие ливни, как нынче в августе, бывают не часто.

Но в ваших краях нынче очень сыро. В Нарве в июне и июле выпало чуть ли не больше всего осадков — за два месяца 301 миллиметр. В среднем по Эстонии в год выпадает около 600 миллиметров, то есть за два месяца в Нарве выпала полугодовая норма. В Тарту в июне лило много, но в июле выпала норма.

— В старину погоду предсказывали надолго вперед по природным приметам. В последнее время говорят, что прежние приметы уже не особо действуют.

— У меня много знакомых среди эстонских предсказателей погоды, у нас при Эстонском обществе исследователей природы есть секция метеонаблюдателей. Предсказателей довольно много, но, к сожалению, они не особо хотят делать метеопрогнозы в качестве любителей — говорят, что предсказывают для собственного удовольствия. Например, Куузе-таат предсказал сухой, теплый и солнечный август…

Эти предсказатели говорят, что сегодня полагаться на природные приметы уже нельзя, что человек своей деятельностью смешал погоду. В воздухе так много всяких загрязняющих веществ, химии и всего прочего и поэтому приметы не работают.

— За последнее десятилетие воздух стал ведь чище.

— Это верно. Мы на метеостанции в Тыравере измеряем прозрачность атмосферы, то есть сколько солнечного излучения доходит до земной поверхности. Измерительные приборы там очень точные — например, всегда показывают, когда в России случаются лесные пожары, дым ведь доносится через Чудское озеро и до нас. На основании этих замеров нужно сказать, что в Эстонии атмосфера начиная с 1990 года становится все яснее, солнечного света больше.

Сейчас атмосфера такая же чистая, как в 1930-е годы, когда начинали эти измерения. Причина в том, что именно в северо-восточной Эстонии уменьшилось загрязнение — на трубах предприятий установлены лучшие фильтры, производства стали более дружелюбными к окружающей среде. Например, Кунда сейчас очень чистый город, а в свое время, когда мы ездили туда играть в волейбол, долго играть не могли: тамошний воздух вызывал ужасный кашель.

— Действительно ли есть зерно истины в утверждении, будто в старину летние периоды были теплее, а зимы — холоднее? Или же память людей избирательна — запоминается то, что кажется лучше?

— В каком-то смысле это тоже избирательная память. То, что лето было теплее, — неправда. Два последних летних сезона были прохладнее, хотя и тогда наблюдались высокие температурные показатели. А вот лето 2010 года выдалось на редкость жаркое, и следующее тоже…

Пара последних лет странные в том смысле, что июнь оказывался сравнительно прохладным — холоднее нормы. Для климатологии нормой является среднесуточная температура воздуха за 30 лет. Если она постоянно, уже более пяти дней превышает 13 градусов, то это называют климатическим летом. Иногда это климатическое лето наступает довольно рано — например, в 2013 году оно наступило в Тарту уже 7 мая и до самого сентября стояли теплые летние погоды. А нынче в августе на пару дней среднесуточная температура упала кое-где ниже 13 градусов, так что погода оказалась уже осенней.

Однако зимы были раньше холоднее — это верно. Например, в 1924 году 24 февраля на Сааремаа было столько снега, что военный парад отменили, поскольку военные не смогли лопатами расчистить площадку для парада. В 1930 году снег выпал в ноябре и окончательно растаял 6 мая. Сейчас снег сходит уже в марте, много было и таких лет, когда в феврале вообще не удавалось покататься на лыжах.

За последние полвека лето не слишком изменилось, а вот зима и весна потеплели. Снежный покров сходит в среднем более чем на две недели раньше. А в будущем снег может залеживаться только на некоторых возвышенностях — в окрестностях Хаанья, Отепяэ и Вяйке-Маарья, и всего на пару недель.

— Не слишком ли люди изнежились с потеплением климата? Минус десять градусов — и говорят уже чуть ли не о трескучем морозе…

— Мы, климатологи, считаем морозом холод от минус 25 градусов. А в газетах мелькают заголовки «Киносъемки прервал 12-градусный мороз» — ну какой это мороз?

Настоящие морозы остались в прошлом — самые страшные были в январе 1940 и 1941 годов: минус 43,5 и 43,4 градуса.

Пара дней такого 25-градусного холода считаются морозными днями, но не волной холода. Волна холода — это когда три дня стоят морозы минус 30 градусов и больше, а если такая температура сохраняется уже пять дней, то это опасная волна холода.

Трескучим же мороз становится, когда холода наступают очень резко — если в кольях ограды есть еще влага, то из-за нее они на морозе и трескаются.

Климатические рекорды Эстонии

— Эстония — в общем довольно спокойное место для проживания? У нас не бывает больших наводнений, ураганов, землетрясений и нет вулканов — если не считать кукрузескую гору…

— В действительности у нас все это есть — даже цунами, но высотой они меньше метра. Дважды бывали и ветра, дувшие с силой урагана, — в конце шестидесятых, но называть это ураганом все же нельзя.

У нас могут случаться очень сильные грозовые шторма, наши шторма могут приводить к наводнениям, если сильные ветра долгое время сохраняют одно направление. Например, пярнуское наводнение 2005 года, когда совпали несколько обстоятельств: уровень Балтийского моря оказался на полметра выше среднего, по меньшей мере две недели дули сильные ветра, пригнавшие в море дополнительную воду, и в заключение ветер повернул на юго-запад. А юго-западный ветер таков, что гонит водные массы в залив, откуда выхода воде нет. В ту зиму на море не было также льда, который помешал бы пригнать воду.

Хотя в мировом масштабе наши шторма и грозы — это ничто.

Эстония все же интересное место в том смысле, что у нас смерчи, водяные столбы на море и ураганы бывают сравнительно чаще, чем во многих странах Европы.

Интересные встречи
Айна Каллиса
с силами природы
  • Когда был в Америке, торнадо прошел в двух километрах от меня — нас на это время отправили в подвал и даже голову высовывать не позволяли. Позднее мы услышали, что в этом торнадо погибли две женщины. Так что интереснейшую в жизни вещь я так и не увидел.
  • Ужаснула сильная гроза в горах Кавказа. Это был ужас, который не хотелось бы пережить еще раз: будто пушки стреляют, кругом гремит и грохочет, гром не умолкает и сверкают молнии. И когда в конце концов альпинистская кирка начинает искриться, то знаешь, что ее надо отбросить подальше.
  • В Бискайском заливе мы пережили близкий к урагану шторм, когда две недели подряд ветер достигал 8-11 баллов (ураган — это 12 баллов), так что мы две недели совсем не ели, даже у моряков лица позеленели. Но все равно надо было по трапу подниматься на палубу и измерять ветер — независимо от того, насколько ты уже истощал.
  • В 1985 году накануне Яанова дня проходили на исследовательском судне «Арнольд Веймер» в Атлантическом океане по тому самому месту, где затонул «Титаник». Вдруг ночью появились два айсберга — в июне айсберги чрезвычайно редки там, обычно они доходят до этих широт в апреле. Мы стояли там до утра, не решались двигаться, пока не рассеялся туман. Реальной угрозы не было, но было интересно.

— Что настолько затрудняет предсказание погоды у нас, что люди то и дело ругают синоптиков?

— Эстония — климатически большое государство. Если взять кусочек Земли такого же размера где-то посреди России, Монголии или Африки, то там вполне хватило бы одной-двух метеостанций на всю площадь. А мы жалуемся, что не можем точно измерить на своей территории в 45000 квадратных километров! У нас сейчас 33 автоматические метеостанции, из них четыре — климатические станции, где люди работают круглосуточно. Они должны работать всегда, что бы ни случилось.

По меньшей мере пять лет я слышу, что мы даем совершенно неправильные данные о Сааремаа: «У нас в центральной части острова было минус 25 градусов, а вы говорите, что минус пять». Метеостанции расположены в Сырве, Вилсанди и Роомассааре, но Сааремаа настолько большой кусок суши, что между его центром и побережьем — большие контрасты, особенно осенью и зимой, когда море оказывает большее влияние. Несколько лет назад в Роомассааре замерили минус 5 градусов, а на расстоянии пяти километров в аэропорту Курессааре — минус пятнадцать. Так что уж говорить обо всей Эстонии? Например, 6 февраля 2012 года в Корела — это у реки Пиуза на границе с Россией — зафиксировали минус 33 градуса, а в то же время в Ристна на Хийумаа — минус три. На 250 километров разница в 30 градусов!

Эстония, Англия, Финляндия и Ирландия — очень трудные места с точки зрения метеопрогнозирования. Пути передвижения циклонов меняются очень быстро, если один из них уходит на 100 или 50 километров к югу или северу, то погода будет противоположная. Я иногда сочувствую синоптикам, когда вижу, насколько погода запутанная. Я ее не предсказываю, я климатолог и могу говорить о погоде задним числом — это намного более «безопасная» работа, чем у синоптика.

Сейчас, в августе не только эстонские и финские, но и норвежские и другие метеоцентры постоянно меняют свои прогнозы. Я смотрю в первую очередь наш метеопрогноз, затем норвежский, а потом — на gismeteo.ru. Если все три прогноза совпадают, то очень велика вероятность, что так оно и может быть.

— Часто путают погоду и климат. Теплой зимой говорят: смотри-ка, вот оно, потепление климата. А холодным летом с сарказмом замечают: никакого потепления нет и в помине!

— Если два-три лета подряд выдаются очень холодные, то климатологи называют это колебанием климата. Если холодное лето или теплая зима случаются десять лет подряд, то это — климатическая аномалия. О том, меняется ли климат, начинают говорить, когда по меньшей мере лет сорок он сохраняет ту или иную тенденцию. Или еще лучше — сто лет, ведь на фоне миллиардов лет земного шара наши несколько лет — такой мизер, что ничего не значат.

Относительно климатических изменений очень трудно указать на закономерности. Мы сравниваем средние температуры на земном шаре с теми, что были в 1850 году, когда началась промышленная революция и загрязненность была невелика. Но в то время метеостанций в мире имелось настолько мало, что в южном полушарии их практически не было. Так как же сравнивать, если сравнительных данных нет?

К тому же во многих местах метеостанции располагались в черте города, а воздействие города очень велико. Например, в Тарту измерения начали в 1865 году и только спустя 90 лет метеостанцию вывели за черту города. Станции, на основании данных которых делаются касающиеся климата обобщения, должны находиться за пределами города, на ровной местности — как в Тыравере и теперешняя нарвская станция в Солдино. До этого, когда она находилась в Нарва-Йыэсуу, влияние оказывали море и река, поэтому трудно сравнивать нынешние здешние метеоданные с данными шестилетней давности.

— Так что же делает климат — теплеет или нет?

— Климат действительно потеплел. Сейчас он дошел до определенного уровня, не теплеет уже так резко, как 10-15 лет назад, но тенденция существует. Конечно, он может опять очень быстро повернуть на похолодание.

В 1970 году климатологи США обратились к тогдашнему президенту Никсону с заявлением, что если в отношении людей к климату ничего не изменится, то температура начнет быстро падать. И действительно были такие лет десять, когда температура понижалась, но потом опять начала повышаться. Так и происходит — то растет, то падает. Последние 60-70 лет она действительно повышалась, хотя не везде одинаково. Говорят о таянии ледников, однако не все ледники тают — некоторые растут. Ледовый покров Гренландии в общем сокращается, а в Антарктике в западной части уменьшается, а в восточной утолщается. В климатологии существуют всяческие интересные связи. Если температура растет и осадков выпадает больше, то, к примеру, в Антарктике, где воздух холодный, снега будет выпадать больше и лед станет толще.

— Как человечество к этому приспосабливается?

— Мы должны составлять сценарии изменения климата. В нашем агентстве окружающей среды выполнили оценку, насколько изменятся осадки, температуры, режим ветров к 2050 и 2100 годам. На основании этих данных многие институты сделали выводы о том, что в течение следующих десятилетий должны делать правительство и государство — например, в здравоохранении, если волны холода участятся.

По нынешним сценариям, климат потеплеет. Количество осадков зависит от местоположения: например, в Южной Европе осадков станет меньше, у нас — больше. Уровень моря должен повыситься, шторма будут происходить чаще, но не в Эстонии — наши измерения и модели показывают, что в последние годы их больше не стало. Ураганы зависят от года — в иной год их почти совсем не бывает.

— Счета за отопление в будущем в Эстонии, очевидно, уменьшатся, а что это потепление значит для нашей экономики?

— В сельском хозяйстве следует культивировать новые сорта — такие, что приспособлены к более теплому климату, ведь весны могут стать более засушливыми, а средние температуры — повыситься.

С юга прибудут вредители, грибковые и прочие заболевания, которых у нас прежде не было. Заготавливать лес уже сейчас сложно: земля не промерзает должным образом. Сильные морозы в последний раз отмечались в 1978 году, когда в Нарве в конце декабря было минус 42,6 градуса. Нарва вообще является холодным краем, ведь сибирские холода добираются через реку Нарва. А летом оттуда приходит только тепло. Так что если кто-то говорит, что от России ничего хорошего ждать не приходится, то это совсем не так — летом в смысле погоды стоит ждать только хорошего.

На природу потепление, бесспорно, повлияет — видовое разнообразие изменится. Часть местных видов вымрет, в то же время придут новые, так что богатство видов не уменьшится — изменится видовой состав.

— Когда вы поступали учиться в Тарту, о потеплении климата не было и речи и эта область, наверное, популярностью не пользовалась. Чем она привлекла вас?

— Географию я пошел изучать для того, чтобы получить возможность много путешествовать. Еще до меня четыре парня из средней школы Пайде поступили — они и рассказывали, как это интересно. Климатологию выбрал потому, что преподаватели были очень яркими людьми, а их лекции — очень интересными. И когда за пару лет до окончания университета академик Юхан Росс из обсерватории Тыравере спросил, кто из нас хотел бы изучать солнечное излучение, я поднял руку.

Я нисколько не пожалел об этом. Большую часть своей жизни проработал в Тыравере, мы там измеряли и изучали солнечное излучение. В 1965 году мы четыре с половиной месяца находились в экспедиции в Таджикистане, благодаря изученной специальности год прослужил также морским метеорологом. Благодаря работе в Тыравере в 1988 году почти полгода провел в США на советской выставке науки и культуры. Благодаря выбору профессии много путешествовал.

— Вы — доцент кафедры океанографии в Таллиннском техническом университете. Какое отношение солнечное излучение имеет к океану?

— Океанографы и океанологи должны знать как климатологию, так и метеорологию. Я преподаю студентам бакалавриата основы метеорологии, магистрантам — прикладную климатологию. И метеорологические измерительные приборы тоже.

— Какая погода нравится вам самому?

— Чем старше становлюсь, тем меньше нравится ветреная и холодная погода, хотелось бы, чтобы в Эстонии ее было меньше. Дизельный автомобиль трудно завести, скользкие дороги больше не нравятся и зима уже не очень по душе. Лето нравится, когда погода хорошая и солнце светит. Иногда и шторм красив. Климатологу интересна всякая погода. Сейчас с интересом жду начала сентября, когда мы будем подводить июньские-июльские-августовские итоги — будет ли новый рекорд осадков?

— Какой погоды ждут люди Эстонии?

— Зимой должно хватать снега и земля должна промерзать, но чтобы снега не слишком много и морозы не очень сильные; ветер не должен дуть очень сильно, летом дождь должен лить ночью, а днем должно светить солнце. Примерно так, как было летом 1999 года, когда дожди шли в основном ночью, а днем было много солнца и погода была достаточно теплой.

— Планируя летний отпуск, стоит, очевидно, спросить, когда отдыхаете вы — чтобы угадать с хорошей погодой?

— Я всегда отдыхаю в июле и не могу сказать, что погода всегда радовала. Если синоптики скажут, что местами будут осадки, то надо просто поехать туда, где осадков нет, и избегать тех мест, где они есть.

Планируя путешествие или мероприятие на природе, надежнее всего взглянуть на метеорадар — он точно показывает, как движутся облака.

— Удается ли погоде удивить вас?

— Конечно. Как-то раз сказал супруге, что дождя не будет, — и она не захватила с собой зонтик…


  • Буррометр показывает погоду хвостом

    Наряду со сверхсложной аппаратурой тартуским метеорологам помогает еще один своеобразный измерительный прибор — буррометр (от испанского слова «burro» — «осёл»). Этот эксклюзивный измерительный прибор известен в англосаксонских странах уже около ста лет. Однако, насколько известно, тартуская метеостанция в Тыравере — единственное метеоучреждение, где буррометр используется на равных с другими «-метрами».

    Айн Каллис у буррометра на тартуской метеостанции в Тыравере (Фото из интернета)

    Принцип работы буррометра прост: если с кончика ослиного хвоста капает вода, значит, идет дождь. Если хвост шевелится, значит, дует ветер. Если хвост не двигается, ветра нет. Если хвост отбрасывает тень, значит, светит солнце. Если хвост покрыт инеем, значит, грянули морозы. Если хвоста не видно, значит, выпал туман.

    По словам руководителя метеостанции Айна Каллиса, буррометр у них вполне себе находит применение: «Экскурсии всегда начинаю с ознакомления с ним».



  • Издание страниц на тему окружающей среды поддерживает целевое учреждение «Центр инвестирования в окружающую среду» (Keskkonnainvesteeringute Keskus, KIK).

    Страницы в формате PDF можно скачать ЗДЕСЬ.

  • Публикации на данном интернет-сайте не являются полным и точным отражением содержания газеты "Северное побережье" на бумажном носителе.
    Все опубликованные на данном интернет-сайте статьи и иллюстрации являются произведениями, защищенными авторским правом.
    Цитирование статей разрешено при наличии активной ссылки на страницу-источник.
    Перепечатка той или иной статьи целиком, равно как и существенных фрагментов, а также иллюстраций, возможна только с особого разрешения АО "PR Põhjarannik".
    Электронный почтовый адрес для связи с редакцией: info@pohjarannik.ee
    В случае жалоб относительно содержания публикаций можно обращаться в Совет по делам прессы: pn@eall.ee, тел. 646 3363.

    Kuulume SmartAD reklaamivõrgustikku.