Урмас Халлика: «Зарплату гражданина мы выплачивали бы из налога на ресурсы»

4. Март 2011



В феврале и первых числах марта "Северное побережье" подготовило серию предвыборных интервью, где главный редактор Эрик Гамзеев и исполнительный редактор Эрик Калда расспрашивают ида-вирумааских первых кандидатов от шести партий. В интервью рассмотрены темы, о которых кандидаты в ходе своей кампании зачастую говорить не хотят, но которые, по нашему мнению, все же важны.

Завотделом Министерства окружающей среды Урмас Халлика считает, что уменьшить безработицу в Ида-Вирумаа возможно, развивая наряду с промышленностью туризм и сельское хозяйство. ПАРТИЯ ЗЕЛЕНЫХ ЭСТОНИИ: Первым номером в Ида-Вирумаа является чиновник Министерства окружающей среды Урмас Халлика

— У зеленых самое ясное и понятное обещание: зарплата гражданина в 80 евро. Почему вы обещаете начать раздавать всем деньги?

— В Эстонии очень много бедности. Это надо смягчить, важно также сохранение в людях человеческого достоинства. Это признак состоятельного и преуспевающего государства, если оно в состоянии посредством социальных мер предпринять что-то со своими хуже справляющимися с жизнью и испытывающими трудности людьми.

Зарплата гражданина — хорошая гарантия того, что если ты окажешься безработным, то у тебя будет по меньшей мере какая-то опора, чтобы не провалиться сквозь пол.

— В соответствии с вашей программой, зарплату гражданина должен бы получать как миллионер, так и нищий. А не было бы разумнее платить человеку тогда, когда ему эта поддержка действительно понадобится, а не внедрять такую сплошную раздачу народных денег?

— Механизм должен действовать так, чтобы человек знал: ему гарантирован какой-то минимальный жизненный стандарт, и он не должен идти его просить. Когда человек окажется вынужден идти просить эти деньги, то это будет против человеческого достоинства. Есть самоуправления, где социальные работники издеваются над попавшими в трудное положение: мол, гляди-ка, вчера ездил на дорогой машине, а теперь — здесь!

Очень многие люди могут и не дойти до этого социального работника, пока не окажутся на улице и не отчаются. Однако добровольный отказ от зарплаты гражданина возможен — для этого в ежегодной налоговой декларации надо поставить одну галочку.

— Это касается только граждан Эстонии или проживающих здесь на основании вида на жительство иностранцев и обладателей серых паспортов тоже?

— Это требует обсуждения, где точно провести черту. Наверняка мы не можем принимать это решение, исходя только из гражданства.

— Как это финансировать?

— При финансировании зарплаты гражданина самая важная часть ее поступала бы от платы за использование полезных ископаемых. Прежде всего — через налог на сланцевые ресурсы. В ситуации, когда цена нефти в мире очень быстро растет, связанные с окружающей средой выплаты за этим не поспевают, что означает: народу это большего не приносит. По сути, это несправедливо, ведь то, что в недрах земли, не принадлежит добытчику. Это собственность народа.

— До сих пор зеленые говорили, что добычу сланца надо бы и вовсе уменьшить с нынешних 20 миллионов тонн в год до 15 миллионов, а потом и еще. Тут имеется вроде бы противоречие.

— Не одни же зеленые говорили, что уменьшить следовало бы до 15 миллионов. Это вопрос политического выбора. Сейчас решено, что эта граница должна проходить по 20 миллионам тонн, но мы должны осознавать, что продолжительность времени, в течение которого мы сможем использовать сланцевый ресурс, зависит от того, сколько его сейчас будут забирать.

С другой стороны, чем дальше — тем эффективнее станут увеличивать ценность сланца. Мы видим также, что государство содействовало бы развитию сланцевых технологий как в энергетическом, так и в сланцехимическом и топливном секторах. Это значит, что чем позднее мы выберем из-под земли сланец, тем больше будет добавляемая к нему ценность.

— Вы раздаете поступающие в виде налога на сланцевые ресурсы деньги как вырумааским предпринимателям, так и хийумааским рыбакам. А что получает здешний человек, здоровье и жизненная среда которого страдают из-за добычи и переработки сланца; вероятно, пострадает и кошелек нынешних сланцевых волостей?

— Почему должна измениться доля самоуправлений, получающих сейчас плату за ресурсы за счет сланца? Но налог на ресурсы, связанный со сланцем, мог бы увеличиться в пять раз, и существенная часть этого увеличения налога пошла бы как раз на зарплату гражданина.

— В последнее время ничего не слышно об идее зеленых по поводу налога на полиэтиленовые пакеты. Вы еще об этом говорите?

— Налог как таковой не является целью. Италия прекратила использование полиэтиленовых пакетов. Я не скажу, что Эстония должна прекратить использование полиэтиленовых пакетов, однако чтобы затормозить бессмысленное загрязнение окружающей среды, надо бы применять меры.

Я согласился бы платить в магазине за полиэтиленовый пакет чуть больше, если бы знал, что эти деньги пойдут на связанные с окружающей средой меры.

— Зеленые поддерживают такие вещи, относительно которых большинство людей говорят, что они с этим согласны. Ведь что можно иметь против щадящего земледелия, лучших и щадящих природу технологий и т.д.? Однако есть тут одно «но»: все это крайней дорого. Эстония — одно из беднейших государств Евросоюза, и если мы будет вкладываться в столь дорогие проекты, то ведь станем еще беднее!

— Но что такое бедность? Если наш народ болеет и умирает раньше времени, то это признак бедности или богатства? Когда мы говорим о загрязненности, то лучшая технология важна для того, чтобы сохранились как природная среда, так и жизненная среда людей, а также чтобы качество жизни людей было высоким, здоровье их оказалось гораздо лучшим и количество лет, прожитых при полном здравии, увеличилось. Загрязненность и качество жизни людей очень непосредственно связаны друг с другом.

К сожалению, все это порой обходится дорого.

Если говорить, что эта возможность существует только для богатых государств, то нам сейчас приходится тратить свои и без того небольшие ресурсы на решение проблем здоровья у людей, живших или работавших в загрязненной среде. Вот и может выясниться, что более хорошая технология, по сути, обходится обществу дешевле.

Никто не подсчитывал при цене добычи сланца, каковы будут исходящие из нее позднейшие расходы.

— Однако факт, что это дорого, если говорить, к примеру, о ветряной энергии, и с учетом наших возможностей возникает вопрос: кто же сможет все это оплатить? Если бы все мы стали использовать получаемую из ветра электроэнергию, то оказались бы не в состоянии платить за нее, даже получая зарплату гражданина.

— Поищем больше альтернатив. Долю ветряной энергии нельзя бесконечно увеличивать, ведь, действительно, ветер дует не всегда. Сланцевый котел нельзя растопить за пять минут и остановка его — дело очень сложное. Но мы должны видеть и другие альтернативы. Как, например, использование биоресурса при производстве электроэнергии. Это надо взвесить.

— Мы видели, как нарвские электростанции стали гнать в печь сырую древесину только для того, чтобы получить более благоприятную цену электроэнергии за использование источников восстанавливающейся энергии. В то же время это очень больно ударило по производителям мебели и потребителям дров, поскольку дефицит древесины увеличил ее цену. Неужели это разумно?

— Я тоже слышал, что в топку котлов стали отправлять сырую древесину. Очень надеюсь, что это не было так, однако можно опасаться, что это сжигание древесины было по меньшей мере поначалу плохо организовано в «Eesti Energia». Вопрос в том, отвечал ли кто-то конкретно за это.

Решение, может, было разумное, однако его выполнение испортил результат.

— Евросоюз предпринимает все новые шаги для уменьшения количества парниковых газов, в то время как остальные крупные экономики — такие как Россия, Китай, США — этого не делают. Не вредит ли это конкурентоспособности европейской экономики?

— Конкурентоспособности Евросоюза вредит в первую очередь старение населения, и мы должны думать о том, как бы дольше удерживать людей добровольно на работе.

Если говорить о сбережении окружающей среды, то окончательного знания о том, насколько быстро человек в состоянии уничтожить эту планету, нет. А если у нас окончательной истины нет, то давайте не будем совершать шаги, которые нарушают это равновесие.

— Зеленые решительно выступают против атомных станций?

— Вопрос в используемой технологии. Атомные станции с нынешней технологией зеленые не поддерживают, что не означает, будто в атомных станциях следующего поколения не может найтись подходящего для Эстонии решения.

Но посмотрим хотя бы на этот простой памятник Свободы, который является важным государственным символом и который не в состоянии были построить без проблем. Как же мы тогда построим атомную станцию? Сможем ли мы это сделать?

— Со сланцем в Ида-Вирумаа, где безработица велика, связано значительное число рабочих мест. Если зеленые захотят свернуть сланцевую промышленность, то рабочих мест станет еще меньше. Чем их заменить?

— Давайте говорить не о сворачивании, а о том, что создание заводов и новых энергоблоков наверняка добавит рабочих мест. Вопрос в том, насколько многие из них будут доступны людям Ида-Вирумаа. Этот вопрос надо поставить на первое место.

Если мы посмотрим на то, как промышленные предприятия инвестируют миллиарды евро, то современные технологии не добавляют рабочих мест.

Проще создавать рабочие места в секторе туризма и сельского хозяйства. Так что если мы хотим быстро уменьшить безработицу, то должны сделать Ида-Вирумаа привлекательным для туристов.

— Очень многие люди, приезжавшие сюда извне, говорят, что Ида-Вирумаа — интересный и красивый. Что еще мы должны сделать?

— Самый существенный потенциальный потребитель туристической услуги живет в Петербурге и Ленинградской области — там проживают 8 миллионов человек. Поездки сюда наверняка интересны для них — Нарва-Йыэсуу, побережье Чудского озера. Это надо открыть.

— Все это и сейчас для них не закрыто.

— У нас установлены замки. Сравним хотя бы, где проще получить шенгенскую визу — через финское консульство или консульство Эстонии? Тут есть разница.

Если еще говорить о рабочих местах, то в Ида-Вирумаа много земли высокого качества и — благодаря шахтам — много чистой воды. Если свести эти две вещи, то можно добиться очень хороших результатов в щадящем сельском хозяйстве.

— Поддерживаете ли вы безвизовый режим между Россией и Евросоюзом?

— Льготный визовый режим мог бы иметь место. Что касается автоматического безвизового режима, то я не уверен, что это было бы сейчас лучшим решением для Эстонии. В том числе потому, что российский паспорт имеют очень многие люди, относящиеся к разным национальностям и имеющие очень разные корни. Надо очень тщательно взвесить, какими будут последствия безвизового режима для такого маленького государства, как Эстония.

Публикации на данном интернет-сайте не являются полным и точным отражением содержания газеты "Северное побережье" на бумажном носителе.
Все опубликованные на данном интернет-сайте статьи и иллюстрации являются произведениями, защищенными авторским правом.
Цитирование статей разрешено при наличии активной ссылки на страницу-источник.
Перепечатка той или иной статьи целиком, равно как и существенных фрагментов, а также иллюстраций, возможна только с особого разрешения АО "PR Põhjarannik".
Электронный почтовый адрес для связи с редакцией: info@pohjarannik.ee
В случае жалоб относительно содержания публикаций можно обращаться в Совет по делам прессы: pn@eall.ee, тел. 646 3363.

Kuulume SmartAD reklaamivõrgustikku.